28.06.2022
+25 °C
5
$ 53.36
€ 56.05

Глава органического союза: рынок органики РФ не имеет векторов развития, действует в системе случайностей

int700Закон об органическом производстве вступил в силу в РФ в 2020 году. Формируя законодательную базу этого перспективного направления АПК, он стал своего рода ответом на рост популярности продукции, произведенной без использования химических средств, на усиление тренда на здоровый образ жизни.

О том, какие сдвиги произошли в органическом производстве за последнее время, что мешает его более активному развитию, есть ли шанс у российских производителей достичь показателей развитых в этой сфере стран и как на это могут повлиять антироссийские санкции, в интервью "Интерфаксу" рассказал исполнительный директор Национального органического союза Олег Мироненко.

- Как вы оцениваете первые годы реализации закона? Какие конкретно вопросы удалось решить? Оправдались ли связанные с ним ожидания?

- Ситуацию можно оценить двояко. С одной стороны, закон положительно повлиял на ряд аспектов, связанных с развитием органического сельского хозяйства в РФ, с другой - он не выполнил все те требования, ожидания, которые были у органического сообщества.

Важно, конечно, то, что закон активизировал среду саму по себе. Интерес к органике возрос не только со стороны властей и производителей, но и потребителей. В 2020 и 2021 годах спрос на органическую продукцию оказался несколько выше, чем в предыдущие годы. Кроме того, с момента, когда государство более четко определило свою политику относительно этого сектора, когда появились знак organic, реестр производителей и многие другие вещи, потребители стали больше доверять этим продуктам.

Закон сделал обязательным к применению ряд ГОСТов, которые регулируют различные аспекты производства, переработки и оборота органической продукции. Появилась возможность обратиться в Роспотребнадзор, если продукция оказалась не соответствующей определенному качеству, и потребовать, чтобы производитель, который поставил этот продукт на прилавок, был наказан. Закон также запустил ряд региональных программ поддержки органических производителей, и в ряде регионов эти программы наполнили деньгами. Решены и другие задачи.

В результате мы увидели, что за два года производителей органики стало больше. Если раньше прибавлялось от 5 до 10 новых органических производителей в год, то в 2020-2021 годах эта цифра дошла до 50 в год.

Интерес к органике стал выше и у торговли. Теперь, когда для органического производства определили правила, единую терминологию, ритейл видит, что сертификат производства, который внесен в реестр, правильный, продукция, которая стоит на полке, подлинная, и уже сам идет на то, чтобы продвигать ее. Мы увидели и рост продаж органики через интернет. Раньше мы говорили, что интернет-торговля не для органической продукции. Но пандемия подтолкнула этот процесс.

Кроме этого, мы видим, что развиваются и другие элементы инфраструктуры. Стало больше производителей биопрепаратов. Они тоже идут в сертификационные компании за получением допуска для применения своих биопрепаратов в органическом земледелии. Увеличилось число сертификационных компаний.

- Но, честно говоря, обилия органики на полках магазинов не видно. Какие задачи решить не удалось? Что мешает развиваться рынку?

- Проблем много. Но, главная, пожалуй, в том, что в стране так и не сформирована государственная политика в сфере органического производства, нет стратегии его развития. Да, проводится много мероприятий, но они не формируют единого поля развития, разорваны между собой. Никто не может сказать производителям, а что же нужно будет произвести завтра, какие ресурсы под это будут предоставлены, как это будет поддержано и как производитель сможет это продать.

А когда отсутствует стратегия, то нет и целевых программ поддержки. На словах государство заявляет, что органика - приоритет, а на самом деле этот приоритет ничем не поддержан. К тому же органика в отличие от индустриального хозяйства - это специфический процесс, требующий больших денежных вложений. И немногие предприниматели, особенно небольшие, способны внести такие вложения и выдержать три года конверсии (переход от традиционного к органическому производству - ИФ). Деньги вложены, а отдача будет через 3-5 лет.

Поэтому можно сказать, что рынок органики не получает векторов развития и развивается в системе случайностей.

К примеру, мы не можем развивать рынок дикоросов, несмотря на то, что он начал законодательно регулироваться с 1 июня 2021 года, когда вступил в силу соответствующий ГОСТ. Кроме описания требований к производству, надо было описать еще и то, каким образом дикоросы должны сертифицироваться. Изменения в ГОСТ были внесены только в этом году, они вступают в силу с 1 июня. Но и после этого дело с места не сдвинется, потому что понадобится еще аккредитация сертификаторов и их обучение в области дикоросов.

Проблема еще и в том, что для органики не существует кодов ОКВЭД. Наш союз предлагал ввести их, но решение пока не принято. Не нашли мы понимания и в вопросе введения в отчетность Минсельхоза параметров по различным направлениям производства органики. Например, точных цифр, сколько земель сейчас сертифицировано под органику, никто не знает. Объем органического рынка тоже никто точно не считал, данные оценочные.

- А в чем трудности в развитии органики в рыбоводстве?

- Основная проблема - это полное отсутствие опыта по производству органической аквакультуры. Это не только сама рыба, но и все, что, как говорится, водится в воде. Мы активно обсуждали это с Росрыболовством, но сдвигов нет. В дикоросах на момент принятия закона, например, уже было 13 компаний, которые прошли зарубежную сертификацию и имели опыт работы в этой области. В рыбной отрасли компаний, которые бы имели европейский или американский сертификат по аквакультуре, нет.

Более того, до 2019 года в области аккредитации ряда зарубежных сертификационных компаний для работы в России стояла область сертификации "аквакультура". Но поскольку не было ни одной заявки, это направление закрылось, зарубежные сертификаторы отказались от этой области аккредитации.

- Какие меры господдержки существуют для органического производства? Достаточны ли они?

- Главная проблема - это отсутствие федеральной программы поддержки в этой сфере. Нам предлагают использовать уже существующие программы в отрасли в целом, но органика имеет свою специфику, ее поддерживать надо иначе, особенно на первом этапе развития.

Например, вопрос сертификации. Только органика проходит сертификацию и несет затраты на это. И только у органики есть конверсионный период. Во всем мире эти затраты в период конверсии субсидируются.

Сегодня не более чем в 10 субъектах есть поддержка на региональном уровне. При этом какие-то подходы совпадают, но единого понимания, как поддерживать органику, нет. Наиболее продвинутая программа в Воронежской области. Там на 100% субсидируют сертификацию, на 50% - покупку биоудобрений, рассматривается повышение политровой и погектарной поддержки, консалтинговая поддержка и так далее. Томская область поддерживает экспорт органики, а сертификацию не субсидирует.

Если поддержки от государства не будет, то мы вернемся к ситуации, в которой находились еще до принятия закона.

- Сколько производителей органической продукции сейчас работает в РФ? Какие отрасли они представляют?

- Сейчас это 193 компании - те, которые есть в списке Национального органического союза (НОС). Из них 105 компаний имеют российский сертификат и внесены в реестр, который ведет Минсельхоз. Из этих 105 компаний 20 имеют еще и европейский сертификат. У остальных - только зарубежные сертификаты, причем большая часть - европейских. Кроме того, 20 компаний имеют американские сертификаты, одна - японский. К сожалению, нет информации об органических компаниях, которые бы имели китайский сертификат, а ведь Китай сейчас становится для нас интересным рынком для поставок.

Более половины органических производителей заняты растениеводством, многие из них поставляют свою продукцию на зарубежные рынки. На внутреннем рынке продукции органического растениеводства не так много. Но ряд южных компаний увидели интерес к производству органических фруктов. Воронежская и Липецкая области заявили о создании фруктовых органических садов. По овощам пока ситуация хуже, но надеемся, что программы Воронежской области и Краснодарского края в этой сфере сдвинут ситуацию с нулевого уровня.

Мясной и молочной органической продукции также пока недостаточно, но по объемам продаж она существенно превышает другие направления. Этим занимается примерно 20 компаний. Продукция скоропортящаяся, поэтому поставляется в основном на внутренний рынок. В частности, спрос Москвы и Санкт-Петербурга на молочку при сегодняшнем уровне потребления органические производители закрыли, по другим регионам - пока нет. Органического мяса не хватает везде, цены на него высокие. Но идет активное развитие в этом направлении.

- Какими были объем и структура рынка органической продукции в РФ в 2021 год? Какова динамика за последние годы?

- По оценке наших специалистов, органический рынок в РФ в 2021 году превысил отметку в 220 млн евро. Из них примерно 80% пришлось на импортную продукцию, 20% - на российскую. Наибольший рост продаж - до 16% - наблюдался в пандемийный 2020 год. Люди были дома, стали больше заботиться о своем здоровье и рационе, покупать более качественную пищу, несмотря на падение доходов. Поэтому интерес к органическим продуктам начал расти.

Но в 2021 году показатели роста практически вернулись к допандемийным значениям, то есть не превысили отметку в 10-12%.

- С чем вы это связываете?

- Сказался ряд факторов. После ограничений люди вышли на работу в офисы и снова ушли в систему быстрого питания. Поскольку предусмотренные в законе меры по развитию отрасли пока работают не в полную силу, количество производителей органической продукции увеличилось незначительно, а их возможности по объемам продаж не устроили крупные сети.

Что же касается импортной органики, то чехарда с ее допуском на российскую полку отрицательно повлияла на решение ряда компаний по расширению продаж. Уменьшились и ожидания сектора о возможности запуска федеральной программы поддержки органического сельского хозяйства, не сформировалась необходимая инфраструктура. И проблемы можно перечислять далее. Если в этом году ситуация не изменится, следует ожидать дальнейшее уменьшение роста продаж.

- Какие тенденции вы можете отметить в потреблении органической продукции?

- Потребление развивается более активно. До принятия закона темпы роста составляли 8-10% в год. В 2020-2021 годах продажи росли существеннее. В 2020 году рост составил 16%, в 2021 году - около 12%. Пока продажи растут в основном за счет импортной продукции.

Дальнейший рост интереса к органике и рост продаж будут зависеть от расширения ассортимента органической продукции, изменения ее ценового диапазона, маркетинга и многих других факторов. Но тревогу вызывает тот факт, что сейчас количество производителей, которые готовы были пройти сертификацию и переключиться на органику, начинает падать. Причина в том, что многие механизмы, предусмотренные в законе, не работают так, как это было предусмотрено.

- А стратегия по развитию органического производства может восполнить эти пробелы? Как идет работа над нею? Можно ли назвать ее основные положения? Когда она может быть принята?

- Впервые о необходимости такой стратегии по инициативе нашего союза было заявлено осенью 2020 года - на заседании рабочей группы при комитете Совет Федерации по агропродовольственной политике. В мае 2021 года Минсельхоз заявил, что стратегия, рассчитанная на период до 2030 года, будет разработана до конца 2021 года, что она позволит в последующем не только показать направление движения, но и определить конкретные меры поддержки.

Летом 2021 года была создана рабочая группа под руководством замминистра сельского хозяйства Максима Увайдова. Осенью задача по работе над стратегией была передана в Белгородский государственный аграрный университет. С этого момента мы как базовый профильный союз перестали быть участниками рабочей группы по необъяснимым для нас причинам, и на каком уровне сейчас находится работа над стратегией, нам неизвестно. Можно только сказать, что в апреле этого года на заседании рабочей группы в Совете Федерации была представлена презентация стратегии. Но с полным текстом документа присутствовавшие ознакомлены не были, а судить только по слайдам о качестве документа достаточно сложно.

Хочу подчеркнуть, что наш союз настаивает на том, что стратегия должна быть не теоретическим, а практическим документом. К примеру, планируется ввести в оборот под органику более 6 млн га пашни. А кто их будет обрабатывать? Что на них будет производиться? Какие для этого будут созданы условия? Если предположить, что для этого понадобится 1 тыс. производителей, то надо уже иметь представление о том, откуда они возьмутся, сколько профильных специалистов нужно обучить, какая инфраструктура для этого потребуется, какой будет поддержка государства? Если речь идет о разработке биоудобрений, то нужно знать, сколько их потребуется для органического сельского хозяйства и каких, сколько исследований нам понадобится в ближайшее время для наполнения рынка биопрепаратами, как они будут допущены в производственный процесс.

То есть в стратегии должно быть все прописано детально. В презентации же мы не увидели ответы на многие вопросы, особенно практические. Многие выкладки носят скорее теоретический характер.

В конце августа 2021 года союз направил в Минсельхоз документ "Структура стратегии". В нем заложен ряд мероприятий, которые хотим видеть в стратегии. Мы указали на необходимость разработки трех сценариев: базового, негативного, позитивного. Это важно, потому что сейчас нужно рассматривать все варианты развития органики. Надеемся, что стратегия запустит федеральную программу и ее смогут поддержать и регионы.

- Сколько регионов приняли программы по поддержке органического производства?

- Очень мало. Чтобы их пересчитать, достаточно пальцев двух рук. Лидер - Воронежская область. Там самая наполненная программа, причем наполненная и идеями, и деньгами. В 2022 году планируется истратить порядка 80 млн руб. на развитие и поддержку органики. Причем это один из первых регионов, который решил серьезно рассмотреть возможность закупки органических продуктов для питания школьников. Далее идут Белгородская и Томская области, Краснодарский край, республики Татарстан и Мордовия. Программы здесь намного скромнее, чем в Воронежской области, но они есть.

В ряде регионов существуют свои законы или программы, но наполнения их мероприятиями, поддержанными не словами, а реальным финансированием, нет.

Представители многих территорий готовы разработать такие программы, но без федеральной программы, с точными ориентирами по направлениям поддержки, они этого делать не будут. Специалисты союза считают, что более 80% субъектов РФ без федеральной поддержки не разработают и не примут региональные программы поддержки и развития органического сельского хозяйства. Об этом мы говорили еще в 2019 году на различных уровнях, до вступления закона об органике в силу. Однако в тот момент мы Минсельхозом услышаны не были. Последующие два года лишь доказали нашу правоту.

- Были сообщения, что в Воронежской области планируется создать кластер органического производства. Как вы оцениваете эту идею? В чем преимущества кластерного развития органики? Есть ли перспективы у других регионов? Какую роль при этом должны играть местные органы власти?

- Впервые идея создания кластеров, то есть территорий, где есть опережающая система развития органики, прозвучала в презентации стратегии в Совете Федерации. Но что вложено в это понятие, так и осталось неясным, кроме "конфеток-обещаний" в виде вложений в 100 млн руб.

Если исходить из того, что кластер - это определенное количество компаний, занимающихся одним видом продукции и находящихся в одном месте, то, глядя на карту России, можно увидеть, что на сегодня компаний не так много. К тому же это не хайтековские компании, это сельхозпредприятия, и они сильно разбросаны. Сегодня найти территории, где органические предприятия были бы расположены компактно, в одном месте, и составляли бы анклав, как, к примеру, в Швейцарии или Австрии, у нас невозможно.

А еще кластер предполагает и инфраструктуру. Это подводящие дороги, коммуникации и так далее. Если компании разбиты по территории и находятся далеко друг от друга, то куда, к кому должна подходить, например, дорога?

Эту идею можно было бы оценить положительно, если, допустим, создавать кластер вокруг какого-либо крупного переработчика. Например, в Краснодарском крае перерабатывают фрукты и овощи, вокруг можно выращивать их. В Воронежской области перерабатывают молоко, значит, вокруг можно было бы размещать предприятия, производящие молочное сырье.

Что ближе всего подходит к слову кластер - это предприятие "АгриВолга" в Ярославской области. Это восемь поставщиков сырья плюс переработчики, они находятся в одном месте и объединены системой переработки.

Кроме Воронежской, вижу идеи создания кластеров в Томской области или Краснодарском крае, но не вижу возможности реализации их на сегодняшний день в том виде, в котором сейчас на этих территориях развивается органика.

- Какие еще подзаконные акты необходимо принять для развития этой отрасли?

- Еще до вступления закона об органике в силу союз разработал большинство подзаконных актов, они работают. То же можно сказать и о знаке "органик", который союз запатентовал еще в 2013 году, а потом передал Минсельхозу. Однако рынок органики развивается, принятых документов недостаточно.

К примеру, по развитию аквакультуры. И в самом законе, и в стандарте, регулирующем процессы производства и переработки органики, аквакультура присутствует как одно из направлений. В документах введены определяющие понятия и описаны требования к ее производству. Но в качестве основы для раздела стандарта в этой области были взяты европейские регламенты, которые выпущены в 2007-2008 годах. Требования, изложенные в них, уже недостаточны, все ушло вперед. Надо либо выпустить новый отдельный ГОСТ по аквакультуре, либо переписать существующий раздел.

Второй пример - применение биопрепаратов и биоудобрений. Была попытка принять соответствующий стандарт в 2020 году, но, к сожалению, проект не состоялся. Принятый же вместо этого предварительный национальный стандарт по биозащите растений не дает ответов на необходимые вопросы.

Нужны также акты, связанные с оборотом импортной органической продукции. Уже два года это обсуждается, но решения нет.

Вопросы, связанные с регулированием экспорта и его поддержкой, тоже не решены. Все производители, которые работают на экспорт, находятся в зоне риска. Сейчас по экспорту все "заточено" на индустриальное сельское хозяйство. Это и вопросы контроля, в частности, по фумигации органической продукции, которая из-за обработки становится неорганической, и вопросы логистические, тарифные, инфраструктурные. Все это мало подходит под органику, и это один из факторов, не дающих развивать экспорт.

Не хватает и других подзаконных актов, связанных, к примеру, с вопросами контроля со стороны Россельхознадзора, использованием мест хранения продукции, семенного материала. Это также и вопросы контроля органической продукции на полке. Несмотря на закон, Роспотребнадзор никак не вступил в работу по очищению полок от гринвошинга.

- Достаточно ли, на ваш взгляд, компаний-сертификаторов на рынке? В последнее время их число увеличилось. Это соответствует тенденциям развития рынка?

- На сегодня в Росаккредитации аккредитовано 13 сертификационных компаний. Из них активно работают четыре. Остальные получают аккредитацию из серии "на всякий случай", просто расширили область своих сертификационных услуг. Но на самом деле не имеют опыта, да и не особенно проявляются на рынке органики как таковом.

С точки зрения количества сертификаторов - их много. При этом каждая компания-сертификатор обязана иметь не менее трех специалистов. А каждый сертификатор за год может обслужить до 20 компаний, это европейские нормы. Получается, что при нынешнем количестве компаний-производителей органики, а их, напомню, 105 в реестре, достаточно двух компаний-сертификаторов.

Но рынок должен развиваться, и изначально закладывался норматив образования в год хотя бы 200 новых производителей органики, в идеале - 1000 компаний в год. Если исходить из таких цифр, то сертификаторов достаточно, чтобы обеспечить рост рынка. Другое дело - качество сертификаторов. Опытных качественных сертификаторов на рынке - и как отдельных специалистов, и как компаний - не хватает. Поэтому, с одной стороны, вроде бы сертификаторов много, с другой - их недостаточно. И еще нет сертификаторов на новые, специфические сферы. На аквакультуру, мед, дикоросы.

- Влияют ли геополитические события на работу этой отрасли? Насколько она зависит от импортных составляющих? Есть перспективы заменить их на отечественные?

- Конечно, влияют. Российская органика базируется на опыте зарубежных коллег. Мы находимся в самом начале пути развития, и очень важно поддерживать контакт с европейскими коллегами, которые продвинулись в органике уже дальше нас. Перспектива заменить, к примеру, импортные семена и биопрепараты на отечественные есть, но не в ближайшем будущем. Наверное, лет через пять-шесть.

И большинство техники для работы в полях, с животными, в сфере переработки - это импорт.

На органической полке в ритейле 80% - импорт, его уход - это тоже негатив, поскольку потребитель хочет видеть органической разнообразие. Стоит задача максимально заполнить рынок российскими продуктами, но сделать пока это будет сложно. Если будет госпрограмма поддержки сектора, то за пять-шесть лет, возможно, мы сможем заменить половину импорта.

Почему такой промежуток времени? Есть жесткие правила. Земля, которая используется под индустриальное сельское хозяйство, не может сразу перейти в органическое состояние. И даже залежные земли, которые давно не использовались и, казалось бы, чистые, все равно имеют определенный процент загрязненности, на них нельзя сразу выращивать органическую продукцию. Поэтому нужен временной лаг.

- Как нынешняя ситуация отразится на работе с зарубежными сертификаторами?

- Негативно. Некоторые из них уже заявили, что уходят из России. Поэтому около 40 наших органических производителей сейчас "висят в воздухе" и не знают, как им подтверждать сертификаты, когда срок действия будет заканчиваться.

Есть и такие, которые уходить не будут, но сосредоточатся на работе с имеющимися клиентами, расширять перечень не будут. Причем для сертификаторов есть сложность в том, чтобы приехать в РФ и провести все необходимые процедуры. Не исключено, что они будут обращаться за помощью к российским специалистам для проведения инспекций в полях. Возникает также вопрос оплаты, она же идет в валюте. Так что пока идет поиск механизмов работы с клиентами.

И есть еще часть сертификационных компаний, которые пытаются воспользоваться ситуацией и взять себе клиентов тех сертификаторов, которые прекращают работу на российском рынке. Но они говорят, что будут работать ровно до того момента, пока будет действовать их аккредитация на Российскую Федерацию.

И еще один серьезный негативный момент. Для развития сертификации тех направлений, которые у нас еще не развиты, ожидались стажировки инспекторов в иностранных сертификационных компаниях. И уже были подписаны соглашения. Но теперь понятно, что получить такой опыт в этом году не удастся.

- Органическая продукция и раньше была существенно дороже традиционной, хотя потребление ее в последнее время росло. На фоне всеобщего подорожания продовольствия не станет она недосягаемой для потребителей? Что необходимо сделать для повышения ее доступности?

- Вообще существенно дороже - где-то в три-пять раз - органическая продукция была лет десять назад. За последнее время, в связи с развитием производства, разница сокращается. В феврале этого года мы делали оценку по мясной, молочной и крупяной продукции. И разница в стоимости между однотипными продуктами не столь высока, ценовой диапазон начал выравниваться. Например, разница в цене натурального молока с коротким сроком годности и органического молока составляет от 20% до 60%. По мясу разница примерно такая же.

Цены на органическую продукцию растут примерно так же, как на неорганическую, потому что производители связаны с импортными поставщиками. Плюс общие вопросы, связанные с ростом цен на топливо, логистику. Но не думаю, что разница в цене, которая обозначена выше, будет увеличиваться.

- Ранее прогнозировалось, что к 2030 году органическую продукцию будет потреблять 10% населения РФ. Сохраняется ли эта оценка?

- О 10% мы говорили в 2018 году. Подразумевали, что после принятия закона будут действовать все предусмотренные механизмы на разных уровнях. Но за пять лет движения очень мало. Не думаю, что к 2030 году мы достигнем этих 10%. В лучшем случае - 5%, и то при оптимистичных прогнозах.

Если взять презентацию стратегии развития органического производства, то в ней при оптимистичном сценарии таких потребителей будет 3%, а при базовом - 1%.

- Есть ли данные по экспорту органической продукции в 2021 году? Что вывозилось, в какие страны?

- Мы основываемся на зарубежных данных. В Европе идем то вверх, то вниз по поставкам. Объем экспорта в европейские страны составляет 12-15 млн евро в год, это почти что ничего. По итогам 2021 года мы заняли 24-е место среди поставщиков органики, сильно проиграв первой десятке.

В структуре экспорта в Европу - соя, лен, горох, кормовые культуры. Даже такие направления, как алкоголь, а в РФ выпускается много органического алкоголя, не являются определяющим в экспорте российской органики.

В этом году в системе отчетности Минсельхоза США появились первые данные по России: мы экспортируем в США органику объемом примерно на $40 млн. Речь идет в основном о поставках сои и немного кормовых культур.

За рубеж идет, как правило, растениеводческая продукция в виде сырья, которое потом перерабатывается. Получается, что 80% дохода от производства органической продукции остается в странах-импортерах.

По оценкам, в 2030 году мировой рынок органики вырастет до 225 млрд евро. А вот будем ли мы активными участниками этого процесса, сказать сложно. Одна из причин в том, что пока отсутствует внимание государства к экспорту органики как к потенциалу развития этого направления, да и отрасли в целом. Хотя не раз заявлялось, что развитие органического производства - одно из перспективных направлений российского сельского хозяйства. Причем часто упоминались порядка 30 млн га заброшенных сельхозземель, которые могли бы стать базой для развития этого производства, поскольку они уже "забыли", что такое минеральные удобрения и другая агрохимия.

Наша продукция по-прежнему ориентирована на два основных экспортных рынка - США и ЕС. К сожалению, пока нет продукции, сертифицированной под Китай.

- РФ ориентируется на международные принципы органического производства. Можно ли сохранить эти ориентиры в нынешней ситуации? Или надо что-то перестраивать? Остается ли наша страна в международных органических союзах?

- Да, в международных органических союзах мы остается. Российские компании и профильные союзы продлили свое членство в IFOAM International (The International Federation of Organic Agriculture Movements) до конца 2022 года. Сейчас рассматриваем предложение о вступлении в IFOAM Asia, оно в союз уже поступило.

Взаимоотношения с международным сообществом стали более сложными. Установившиеся связи пока работают, но есть проблемы с вовлечением нас в новые органические сообщества. Менять свои ориентиры мы не собираемся, никакого изменения законодательства под другие ориентиры не планируем. Ряд процессов замедлятся, и мы разрабатываем новые схемы их решения. Но рано или поздно нынешняя ситуация пройдет, и, если мы хотим производить органику, то должны делать это по международным стандартам и не давать увести нас в другое направление.

 

https://www.interfax.ru/interview/842515